сегодня: 18/08/2019 Топос. Литературно-философский журнал. статья: 29/01/2007

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге

Библиотечка Эгоиста (под редакцией Дмитрия Бавильского)

Скворечник

Айдар Сахибзадинов (29/01/07)

Наш общий знакомец Антон Хусейнов, учился в другой школе, но дружил с нами: играл в хоккей на нашей коробке, танцевал на вечерах в школе, и его принимали как своего.

Есть люди изначально комичные. Любые их начинания, какими бы вертикальными не были, в итоге превращаются в фарс, в прыск, в пародию... Человек идет совершать подвиг, но спотыкается и квасит нос о штакетник, закидывает уду на щуку, но ловит себя крючком за ухо. И , в конце концов, от высокого дела – от славы, от подвига, от гибели или даже от денег – его спасет судьбоносный понос, или враг бесшабашности, друг степенности и береженого долголетия, – геморрой.

Взять даже внешность. Казалось бы, у Антона правильные черты лица, хорошая стать, безукоризненная речь и даже череп, – арийский слепок! Но при глупейших обстоятельствах, бесовской каверзе звезд двуликий Янус поворачивает не ту ягодицу – и меняется судьба, весь образ, – он ломается, словно в мутных потоках дождя за стеклом. И правильная фигура кажется однобокой, лицо плебейским и даже череп становится похож на рахитическую тыкву обритого под лоск тибетского монаха.

Вот красавцем Антон стоит высоко на сугробе против дверей школы, он ждет товарищей с уроков. Родители купили ему драповое пальто, литые плечи и каракулевый воротник, на голове пыжится дорогая шапка. Вчерашний мальчик – он уже не мальчик: там, где присыхали сопли, теперь темнеет пушок. Антон красуется на сугробе, статен! И льнут старшеклассницы к окнам, подзывают подруг, начинаются расспросы, возможно, кто-то напишет – и завтра ему передадут стихи…

Но ухмыляется подлый Янус.

Антон видит выходящих друзей. Они ему машут, он тоже, вот тянет вперед руку, делает шаг …но проваливается одной ногой в сугробе, другая зависает... Он летит нырком в снег, шапка катиться, обнажая сплюснутую голову, а руки улезают в сугроб, задрав рукава пальто, обнажая костлявые, еще детские локти... И разочаровано удаляется томные взоры от окон, и не будет уже, ни стихов, ни записок.

Антон поднимается как ни в чем не бывало, вытрясает из рукавов снег. Смеясь, о чем-то рассказывает, и при этом умудряется даже заикаться, чего прежде за ним никогда не наблюдалось.

Таков был Антон.

И вот этот вчерашний отрок влюбляется в нашу Наталью.

Кто такой? – спрашивает она у подвильнувшего дипломата.

Антон. Ну, Антон!

Это, который… «скворечник»?

Скворечник – это кличка Антона. Дело в том, что в детстве ему на голову падал скворечник. Обыкновенный, деревянный. Торчал на высокой жердине в дальнем углу на границе с соседним участком. И вздумалось мальчугану переместить его поближе к своим яблоням, чтобы ели скворцы только своих вредителей. Но как снять? И начал Антон подрубать жердину у основания. Но откуда у мальчишки острый топор? Он им и жесть, и проволоку, и лед на кирпичных дорожках рубит… Ударами Антон жердину лишь раскачал. Да так, что отломились наверху ржавые гвозди. И полетел еще мокрый от мартовского снега птичий дом со свистом вниз, как немецко-фашисткая бомба…

Хорошо, что на голове мальчугана была меховая шапка, с верхом из толстой свиной кожи. Да еще скворечник по темени скатом пришелся. Ткнулся мальчишка лицом в снег, пролежал в беспамятстве, не помня сколько. Потом встал, снял ушанку, потрогал голову: ни шишкаря, ни болячки!..

Удар скворечника не беда. Беда в другом заключилась. Угораздило Антона в юношескую-то пору, да во время застолья, рассказать об этом приятелям! И хохотали друзья, раскачивался стол; вспоминая его несчастья и казусы, кричали: «Вот, вот в чем причина! вот откуда кактус растет!..» Антон смущенно улыбался, скромно молчал и уж благодарил в душе бога за то, что не успел рассказать – и о том, как он не поверил рассказу в книге о мальчике, который надел на голову чугунок, и того спасали всем миром, – и тоже надел на голову чугунок, и с ним тоже стало, как в книге; и о том, как он поднял в магазине кем-то звонко рассыпанные по кафелю юбилейные рубли, с изображением Ленина, и в порыве благородства отдал продавщице, сказав, что у него тоже есть такие, а дома вдруг обнаружил, что отдал свои– те, что копил, экономя на обедах; и о том, как на барахолке снял с себя и дал померить незнакомому парню дорогие американские джинсы, получил в челюсть и, очнувшись, пошел в трусах ловить такси; и о том, как решил накачать мускулатуру, купил мощный, на стальных пружинах, экспандер, – и чуть не убил себя по той же голове ручкой этого экспандера, могуче сорвавшейся при натяжении со ступни, рассекшей темя и отправившей его в длительное беспамятство.

Тогда за столом и утвердили: да, всему причина есть скворечник!

И теперь всегда, если разговор касался Антона, безнадежно махали рукой: да что с него взять?!. Ему же на башку того… скворечник.

Но Антона ценили, как раз, за эту несуразность, добродушие и безобидность. И пробивали пути к Наташе.

Длинноногая Наташа подходила тотчас, как только ее окликали.

Ей рисовали и разукрашивали...

Стоя визави, она надувала губы…

Ей внушали, пеняли, талдычили!

Она задумчиво отворачивала бледное лицо в сторону…

– Отличный парень! – кричали ей.

– Ну, пусть подойдет, я же не кусаюсь, – сдавалась она, наконец.

Антон являлся на школьные вечера, удачно закусывал вино мускатным орехом, и наши строгие завучи, стоящие на страже школьных дверей, его пропускали. Приходил ради Наташи, но не смел пригласить ее на танец. Так пропал целый учебно-танцевальный год. Мы перешли в десятый. На вечере в честь Октября, мы буквально толкали его в спину, но он упирался и шипел. Наступил Новый год. В конце концов, Антон решился. Был великолепный бал. Девушки сделали прически, надели маски и, словно сошедшие с очарованных берегов, веяли чудными духами. Ребята надели бабочки.

Антон стоял у стены, и даже черная маска «Мистера Х» не могла скрыть его бледность. Как в боксерском углу его обмахивали, окучивали советами, как подойти и что сказать. О решении Антона знала вся школа. Загадочно улыбались девочки и молодые учителя. У двери Сара Абрамовна в длинном бисерном платье, зауженном у колен, стояла, как русалка на хвосте, – и , оборачиваясь в сторону Антона, со скрытой улыбкой мелко покусывала губы.

Антон выжидал. И вот момент упал, как гиря с неба! Антон сказал – и все расступились. Он шагнул как на подвиг. Было видно, как торжественно он скосил голову с великолепной укладкой, как шикарно, держа корпус наискосок, пересек зал. Он остановился напротив Наташи, шаркнул, кивнул и протянул руку.

Наташа сделала реверанс, и они прошли в середину зала...

Она опустила руку ему на плечо, он взял ее за талию, и они стали передвигаться в медленном танце. Исполнялась вытягивающая душу песня « В мокром саду…»

Все шло отлично, и ничто не предвещало беды. «Вот так решаются судьбы» – с грустной удовлетворенностью подумали мы. И уже было вытащили по сигарете и двинулись к туалету… как в зале раздался душераздирающий крик. И крик этот был ужасен!

Ничто перед этим криком вопль погибающего динозавра. Ничто – крик ростовщика, который всю жизнь копил и вдруг обнаружил, что ограблен до нитки! Взвизгнула игла проигрывателя, песня оборвалась. Мы обернулись. Кто-то лежал на полу посреди зала… О, это был наш Антон! Он валялся возле ног Наташи и отвратительно орал, корчась. При этом держался обеими руками за одно место, называемое конечность…

То, что случилось, было нелепо, смешно и драматично. Это все равно, что смерть от клюва попугая.

А случилось вот что. Передвигаясь в танце, партнеры, естественно, касаются друг друга. И с Антоном произошло то, что случается с человечеством раз в сто, а, быть может, в тысячу лет. Коленная чашка Наташи пришлась прямо под колено Антона. Девичья, точенная, напряглась – и сковырнула коленную чашку расслабившегося в мечтах Антона, как яичную скорлупу!

Он упал, как срезанный.

И блажил, блажил, блажил…

Бедного мы унесли на руках в машину прибывшей «скорой помощи».

Такова его судьба. Смещенная ударом скворечника карма.

Последние публикации:

Все публикации

Оставить свое мнение в гостевой книге

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге




© ТОПОС, 2001—2010


Поиск
Авторы
Архив
Фотоальбом
Гостевая
Форум-архив
О проекте
Карта сайта
Книги Топоса
Как купить книги
Реклама на Топосе

Для печати

Реклама на Топосе

поиск:

авторы
 А Б В
 Г Д Е
 Ж З И
 К Л М
 Н О П
 Р С Т
 У Ф Х
 Ц Ч Ш
 Э Ю Я