сегодня: 17/10/2019 Топос. Литературно-философский журнал. статья: 03/06/2005

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге

Жизнь как есть

Косовский сталкер

Ирина Антанасиевич (03/06/05)

Часть 3

Никогда я не думал, – говорил Артур с кротким недоумением в голосе, – даже представить себе не мог... Я, конечно, знал смерть, огонь... но вот такое!.

Село Гораждевац. Единственное, оставшееся на территории Метохии. Село-гетто, 600 человек на территории в два квадратных километра. Живут… Живут? Не смея выйти за воображаемую границу... Ни колючей проволoки, ни забора, ни бетонной стены... Все гуманно. И почему бы не выйти – туда, за поворот, где так славно плещется речка Быстрица... такая прoхладная, такая знакомая... И вышел в 2002 десант мальчишек... Лето, каникулы, речка.... и через час даже быстрые воды реки,(недаром Быстрица) не смогли отмыть кровь, окрасившую ее берега... Трое погибших, шестеро раненых... маленькие десантники свободы... Сталкеры, которые шагнули в Зону. «Мы перевернули каждый камень, чтобы найти убийцу» – рапортовали службы УНМИК... « Стрелявший по нашим детям просто переплыл на другую сторону и скрылся» – твердят жители... «А у меня даже рогатки не было...» – плачет отец тринадцатилетнего мальчишки. Разоружение Косово – это разоружение сербских крестьян, отстрел которых, превратился в своеобразный спорт... Даже не экстремальный... Опасности нет... Иди... стреляй... уйди..., а потом появятся солдаты, которые займутся эвакуацией тел и переворачиванием камней...

Село Гораждевац

У нас .. этих сержантов больше, чем в дивизии, да все такие дородные, румяные, кровь с молоком, – им в Зону ходить не надо, и на мировые проблемы им наплевать.

Никак забыть не могу диалог... Пятнадцатилетний Богдан Букумирич и сорокапятилетний Зоран Живкович. Мальчишка, чудом переживший ад и пришедший в себя после комы, и премьер Сербии, страны для которой Косово – не просто территория, кусок пыльной земли, а – душа, сердце и память, anima serbica.

– Как дела? – бодро басит премьер, заполняя палату своим присутствием, запахом дорогого одеколона, улыбкой человека, не привыкшего улыбаться, своей челочкой первоклассника, своими телохранителями и своими журналистами, своими сопровождающими лицами, рабочим шумом и благодушностью сытно позавтракавшего человека, уверенного в том, что и обед тоже будет не хуже..

– О, молодец, молодец! Ты еще за девушкам покажешь... ого-го! У тебя есть девушка? Говорят, на Косово красивые девушки?.. – игриво подмигивает он бледному мальчишке, лежащему в кровати. – Что будет с Косово? – спрашивает его мальчишка, срывающимся от волнения и подступающих к горлу слез, голосом. – Его отдавать нельзя… – голос срывается. Cлишком многое хочет сказать… не может... – Его отдавать нельзя.... Его отдавать нельзя...

Нервно улыбается премьер... Гаснут камеры... В стране, где премьер думает о девушках, а мальчишка о Косово закончился выпуск новостей.

И вдруг, вроде бы ни с того ни с сего, он ощутил отчаяние. Все было бесполезно. Все было зря. Боже мой, подумал он, ведь ничего же у нас не получится! Не удержать, не остановить! Никаких сил не хватит удержать в горшке эту квашню, подумал он с ужасом. Не потому, что мы плохо работаем. И не потому, что они хитрее и ловчее нас. Просто мир у нас тут такой. И человек в этом нашем мире такой.

– О-о-о! Боже как она плачет... На одной ноте... Горе... Настоящее, страшное...и невероятное! Горе, которого в начале двадцать первого века быть не должно... не может быть... некрасовское горе... В семье Цакича убили корову! Вы можете представить себе семью, где смерть коровы означает... голод! Где корова – кормилица! Где женщина заливается слезами в крестьянском горе девятнадцатого века... О-о, как же я теперь детей прокормлю... о-о-о... И сход крестьянский постановляет – собрать деньги всем миром и... идти к голландцам... Пусть они купят корову ( на скотный рынок сербу лучше не ходить) и приведут... Рассказываю историю эту в Метохии – вздыхают завистливо... – Хорошо им, в Косовском Поморавье... У них есть ГДЕ пасти корову! А нам остается гуманитарная помощь... да и ее все меньше и меньше... Ведь на Косово все в полном порядке. В этом уверились и два серба из Клокота (возле Гнилана), на которых добрые соседи албанцы, настучали службам КФОР-а (... типа... был, участвовал, состоял... и т.д. и т.п. ... ну, как положено, короче... ). Их арестовали, отправили в Бондстил на месяц... на выяснение... И пока «выясняли» ... добрые соседи вырубили, принадлежащий им лес на корню... (в этом и заключался тонкий тактический ход)... Через месяц сербов выпустили из базы... Ну... пустили... буквально.. Открыли ворота и сказали... идите. Типа... Косово теперь свободное... садитесь на автобус и по домам... Ошибочка, мол, вышла… Вы не военные преступники... Гаага о вас не рыдает... нехрен отъедаться на американских харчах... Взяли их албанцы, в аккурат, возле базы. Отвезли в ближайший лес. Одному удалось сбежать (неделю пробирался домой по горам!), другого нашли с перерезанным горлом...

Надо было менять все. Не одну жизнь и не две жизни, не одну судьбу и не две судьбы, каждый винтик этого подлого здешнего смрадного мира надо было менять

Ах, как речисты дипломаты!.. Вернем сербов на Косово... Построим им дома! И... Даже если албанцы не будут нападать на сербские анклавы, как будут жить сербы? От чего? Как прожить в селе, в котором приезд передвижного магазина – праздник? Как заработать деньги на соблазны передвижного магазина – от колбасы до леденца на палочке? Да-да... передвижной магазин... Думали вы, что такого уже в мире нет?.. Наивные. Да на Косово есть ещё и не такое!.. Есть даже поезд, будто приехавший прямиком из САСШ начала 19 века. Поезд с вагонами для белых и черных, пардон... сербов и албанцев, где между вагонами стоят вооруженные до зубов, часовые, не дозволяя смешивания Агнцов и козлищ... Где по тамбурам ходить запрещено, а у окон стоит стража, готовая отразить нападение диких индейцев... Самый охраняемый поезд в мире!

А сейчас эта надежда уже не надежда, а уверенность в чуде заполнила его до самой макушки, и он уже удивлялся, как мог раньше жить в таком беспросветном, безысходном мраке...

Село Бинач недалеко от Гнилана. В трех километрах от села находится монастырь Бозовик, построенный в 14 веке. Монастырь сожгли, а потом уничтожили окончательно – минировали 7-8 раз (хорошо строили в 14 веке).Несколько гектаров векового монастырского леса вырубили. Классика... для Косово обычное дело... Но далее... жители утверждают, что в тот же день, когда монастырь стерли с лица земли в соседнем селе – в церкви св. Николая, на стенах появились фрески уничтоженного монастыря. Правда это или нет – не знаю. Но разве это важно?! Главное то, что этим людям нужно чудо... Только чудо их может спасти... Только на Бога надежда... Только в вере – спасение.

Золотой шар есть легенда, – скучным голосом доложил он. – Мифическое сооружение в Зоне, имеющее форму и вид некоего золотого шара, предназначенное для исполнения человеческих желаний. Будь оно все проклято, ведь я ничего не могу придумать, кроме этих его слов:

«СЧАСТЬЕ ДЛЯ ВСЕХ, ДАРОМ, И ПУСТЬ НИКТО НЕ УЙДЕТ ОБИЖЕННЫЙ!»

Последние публикации:

Все публикации

Оставить свое мнение в гостевой книге

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге




© ТОПОС, 2001—2010


Поиск
Авторы
Архив
Фотоальбом
Гостевая
Форум-архив
О проекте
Карта сайта
Книги Топоса
Как купить книги
Реклама на Топосе

Для печати

Реклама на Топосе

поиск:

авторы
 А Б В
 Г Д Е
 Ж З И
 К Л М
 Н О П
 Р С Т
 У Ф Х
 Ц Ч Ш
 Э Ю Я