сегодня: 25/09/2018 Топос. Литературно-философский журнал. статья: 28/01/2011

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге

Жизнь как есть

Путешествие с авантюристом (5)

Геннадий Михеев (28/01/11)

11. Галопом по Раше.

О дальнейшем нашем творческом пути расскажу кратко, не утруждая читателя утомительными деталями. Да, к тому же последние наши гешефты мелькали как кадры наскучившего сериала. Глаз и ухо притерлись…

Босс батю, когда были проездом в Казани, закодировал, и больше при нас он не запивал. Кодирование обошлось нам бесплатно – Владимир Викторович пообещал татарскому доктору какие-то преференции в столице.

Следующий город, в котором мы работали – Слеза. Маленький городок с прискорбным названием на Каме оказался селением… олигархов. Здесь нефтяники живут. Даже гостиница слезинская называется «Нефтяник». Может, предки загодя знали, когда название городу придумывали, что здесь сначала нефть откроют и будут плакать от радости? А потом, когда черное золото выкачают, будут рыдать… С олигархами было трудно, конечно. Среди них есть и простые мужики, но многие «пальцы веером расставляют». А то как же: при их деньгах они сколько угодно себе корреспондентов купят. И журналов с газетами в придачу. Босс их все же вокруг пальца обвел: он собрал деньги… на земельные участки в Подмосковье. Для строительства коттеджей. Конечно, средства брались только на «предварительные согласования», так сказать, чтобы «подмазать, где надо». Не все нефтяники повелись, далеко не все. Тем не менее, моя доля составила 1755 евро. На с Люськой даже не возили никуда, мы до полуночи в шикарном кафе, не хуже, чем на Невском, просидели. Мы разговаривали мало, она чувствовала, что я злюсь. Но как-то время удавалось убивать.

В следующем городе, Лобле, нам, правда, пришлось туговато. Случилось вот, что. На трассе, когда мы еще и не подъехали к этому уральскому городку, нашу «Волжанку» оттеснили на обочину черные «БМВ» и джип-»Тойота». Выскочили оттуда конкретные пацаны, нас выковыряли из нашего авто, и минуты две Владимир Викторович вел в сторонке переговоры с ними. Это была местная братва. Они, я так понял, не знали, кто мы. Но требовали долю от нашего бизнеса. Все равно какого… если москвичи – значит, бизнес прикатили делать! Босс назвал два каких-то имени, один из братанов позвонил куда-то… кончилось тем, что братаны извинились и даже препроводили нас в эту самую Лоблю.

Видимо, босс знает правильных людей. Кто владеет информацией и знаком с правильными людьми – тот владеет миром!

Братва, оказалось, контролирует одно из предприятий Лобли, завод, на котором из опилок гонят технический спирт. Однако предприятия по добыче древесины контролирует кто-то другой. На лесорубах босс отыгрался за наш прокол в Верхнемезенске. Там, на Урале, только специфика: население состоит из внуков и правнуков присланных, засланных и пригнанных на каторгу людей. Не только русских, но и всяких. Мэр этой самой Лобли вообще немец по фамилии Лемке. Он все распинался про то, что все его родственники и друзья в Германии, а он здесь. Потому что здесь охота и рыбалка, хариусы и медведи. Да! Но зато там и порядок! Владимиру Викторовичу в Германии, пришлось бы га-а-араздо сложней! Или ему все равно, где?..

Потом нас ждал город Заднеуральск. Там босс вообще оборзел! Мы прибыли окормлять… тюрьму. Некогда знаменитый Заднеуральский централ, в котором, говорят, сиживали и при царе, и при коммунистах. И сейчас сидят. Говорят, уважаемые люди. Босс собрал деньги с тюремщиков на Семинар по обмену опытом в Казахстане… Еще и на рудник заезжали, где горный хрусталь добывают. С горнорабочими не заладилось: пока переезжали с Северного Урала на Южный, рудник обанкротился. Олигарх, который прикупил предприятие, деньги увел, а рабочих оставил без зарплаты. И нам поскорее пришлось уезжать оттуда: не любит босс быть там, где социальная напряженность…

В городе Чапаеве босс провернул авантюру с «международным симпозиумом» мелиораторов. В городе Кундрюпинске организовывал конгресс казачества. Там, в Кундрюпинске, было забавно: среди казачества царил раскол, причем объединены были славные «рыцари степей» аж в три организации, главари (простите, атаманы…) которых враждовали похлеще семейств Монтекки и Капулетти. «Над разделенными легко властвовать…», – сказал босс. И на вражде он построил все дело: казаки соревновались, кто больше денег принесет!

Кундрюпинск, кстати, странный город. Она украшен билбордами и баннерами с прямо-таки националистическими лозунгами типа: «Россия – страна русских»; «Кто не казак – тот мужик»; «Казак, спаси Россию!» В городе три рынка, один из которых называется «Казачьим». Его казаки контролируют. Так вот, по непонятной закономерности именно на «Казачьем» рынке почти все торговцы – кавказцы да цыгане.

В городе Якшанске босс «продвигал» развитие местной отрасли, табачной. Там градообразующее предприятие – табачная фабрика. И Владимир Викторович собрал группу, которая должна была ехать для обмена опытом… на Кубу.

В следующем бороде, Блинске, нас покинул батя. Дело вот, в чем. Этот самый Блинск находится в «чернобыльской зоне», то бишь, радиоактивно нечист. Так вот, босс организовал в Блинске сбор денег для конгресса «чернобыльцев». Алексей Иванович, узнав суть, заявил боссу:

– Это ниже пояса. Все можно простить, но не подлость… Как русский офицер, не потерплю!

Он уехал. Сказал, в Москву, семью навестить. А куда на самом деле унесся батя – одному ему ведомо…

12. Чудные дела.

В городке Лебеже пропала Люська. Здесь босс намеревался провести льноводов, зазвав их на конференцию по обмену опытом в Голландию. Но утром, проснувшись в своем номере, я обнаружил, что в моем рюкзаке нет денег. Я ведь копил, никуда не засылал, и у меня приличная сумма набралась. В дверь уже стучался босс. Оказалось, и его кожаный портфель тоже заметно опустел (правда, он не сказал, что пропало…).

Ринулись в Люськин номер. Ни ее, ни ее вещей не казалось. На тумбочке лежали фотоаппарат, который я Люське еще в Вологде купил, под ним деньги (ровно полвина из тех, что пропали из моего рюкзака); журналистская «корочка», что ей босс сварганил. И еще две записки:

«Босу. Прости. Но ты – г…н»

«Жеке. Взраслей, Жека!»

Да… Люська особой грамотностью не отличалась. Я впервые услышал, как босс выражается матом…

Хотел рвануть домой и я. Меня уже до боли тянуло на невские берега. Босс попросил провернуть последнее дельце¸ тем более что город, который должен был пасть очередной жертвой, лежал на пути к Питеру.

…Уже стояла глубокая осень. Мы вышли с поезда на станции Чудово затемно и двинулись в сторону гостиницы. Назавтра Владимир Викторович собирался идти в районную администрацию. В планах его была организация конференции керамистов в Италии: под городом есть фарфоровая фабрика, очень старая и знаменитая. Но это завтра – сегодня можно было передохнуть. Через два квартала дорогу нам преградили несколько мужчин. Во мраке невозможно было разобрать (уличного освещения в Чудове нет), кто они, зато голоса их звучали очень даже убедительно:

– Эй, залетные. Сюда иди!

– Наглые… ходят и ничего не боятся…

– Щас мы вас!..

Босс пытался что-то возразить, но удар в лицо сбил его с ног. Что-то увесистое воткнулось мне в пах, я скорчился от боли. Нас схватили под белые ручки – и поволокли в темноту…

…Наконец свет. С моего лица содрали вонючую тряпку, я увидел вокруг себя множество… цыган. Рядом обреченно стоял на коленях Владимир Викторович. Мы в каком-то подвале, один из похитителей, взяв босса за подбородок, противно мычит:

– …Слышал уже, что редактор. А у нас тут свой порядок. Это наш город, и никто без нашего разрешения по нему не ходит, понял, мразь?.., Это все деньги, что у тебя есть? А у того, долговязого?..

Мой рюкзак уже вывернули. Взяли все, включая, конечно, и деньги. Чего они хотят от нас еще? Я неожиданно для себя заскулил:

– Дяденьки, ну, отпустите нас! Мы больше не бу-у-у-удем…

– А ты, гавнюк, молчи, – оборвал тот, кто пытал босса, – оборзел, с…а, урод!

Удар я получил в ухо, потом в солнечное сплетение, в бок… резкая боль, снова темнота… Когда я открыл глаза, надо мной сидел, потирая лицо, босс. ИХ уже не было. Мы находились в другом помещении, кажется, в здании вокзала. Владимир Викторович сунул мне что-то в руку:

– Бурите… коллега. Паспорта они нам все же отдали. И по сто рублей. На электричку. Через десять минут последняя электричка ни Питер, пошли садиться…

Вещи у нас, как видно отобрали. Наверное, и видок у нас был! Редкие пассажиры в вагоне косились на нас, как на мерзких бомжей… Босс рассказал:

– Не рассчитал я. Днем город Чудово обычный, с наступлением темноты он попадает во власть цыган. Они здесь целый поселок построили, разбоем и живут… Да-а-а… не рассчитал… Ничего, ничего, Жека, у меня есть план. Мы отобьем, отобьем…

Босс вышел на платформу покурить. Курил он обычно очень быстро, затяжек пять – и все. Сижу, а он все не приходит и не приходит… Я стал всматриваться сквозь стекло в темноту и увидел картину: щупленький профиль босса окружили три другие фигуры. Кажется, менты!.. В этот момент нудный голос стал объявлять об отправлении электрички. Скажу честно, моя мысль была такой: «Вот бы двери закрылись – и весь этот кошмар остался там, на станции Чудово! Электричка унесла бы меня к дому…» Но все тянулось как в замедленном кино: босс размахивал руками, пытался что-то объяснить, трое, его обступив, внушали боссу свою правду… И вот благословенный скрип двери и хлопок! Поезд завыл – и тронулся. Владимир Викторович оглянулся в мою сторону – и, кажется, во тьме я увидел его просящие глаза. Интересно, такие ли у меня были, когда меня выводили из отделения в Чухвине? Или мне показалось, что босс на меня жалостливо смотрел? Еще секунда – и все! Электричка ускоряется, ускоряется... Я прикрыл глаза и стал ждать: вдруг опять раздастся набивший оскомину вкрадчивый голос: «Ну, что… коллега?..» Но меня никто не окликал.

Собственно, повествование окончено. Если Вы думаете, все это выдумка, смею заметить: самая буйная фантазия, даже бредовая, все равно окажется беднее реальной жизни. Почитайте выдержки из уголовного дела 332/2206:

Следственный комитет при МВД России завершил расследование и направил в суд дело легендарного мошенника-рецидивиста Алексея Чудина (криминальная кличка – Гнус). Разъезжая по стране, Чудин, представлявшийся корреспондентом «Огонька», «Сельской жизни» и других изданий, обманул десятки людей.
Мошенник так располагал к себе людей, что никто даже не заглядывал в его документы.

«Чудину доставляло особое удовольствие измываться над полноценными людьми»,– считают следователи. Мошенник с ними не спорит: «Я испытывал высшее наслаждение, опустошая чужие карманы».

…После очередной отсидки Чудин отправился в управление сельского хозяйства Владимирской области. Представившись корреспондентом газеты «Сельская жизнь», он сказал, что хочет написать репортаж о каком-нибудь передовом хозяйстве. А к тому же готов на деньги спонсоров отправить лучших колхозников для обмена опытом в Канаду. Когда приехали в столицу, мнимый корреспондент пообещал колхозникам без промедления оформить загранпаспорта и визы и отвел их к зданию МИДа на Смоленской площади. Велел подождать у дверей и исчез.

Один раз на передовое сельхозпредприятие его направили непосредственно из Министерства сельского хозяйства Республики Марий Эл. Представившись в Минсельхозе журналистом «Огонька», он предложил назвать ему передовиков производства, объяснив, что редакция и банк «Империал» собираются премировать их зарубежными поездками. Привез передовиков и нескольких присоединившихся к ним чиновников в столичную гостиницу «Измайлово» и сбежал с деньгами.

Как-то, оставшись без денег в одном волжском городке, Чудин познакомился с подающей надежды солисткой самодеятельности. Он традиционно назвался корреспондентом «Огонька», терпеливо прослушал ее концерт, а затем предложил певице организовать выступление на Центральном телевидении. За услугу попросил 400 тыс. рублей, да и паспорт у нее забрал, чтобы оформить какие-то документы. Паспорт он потом выбросил из окна скорого поезда, уносившего его на Ставрополье.

В Ставрополе он умудрился провести даже экстрасенса. Тот три часа рассказывал Чудину о своих биомагнетических и телепатических способностях и жаловался, что местное управление здравоохранения не продлевает ему лицензию на занятие нетрадиционными методами лечения. Чудин пообещал уладить эту проблему и взял у экстрасенса 600 тыс. рублей на взятки чиновникам. Колдун зарабатывал тем, что «заряжал», подобно Чумаку, воду, убеждая клиентов, что она изменила не только вкус, но и химический состав. Чудин взялся пособить экстрасенсу в получении лицензии и потребовал за услуги 500 тысяч рублей. С этими деньгами мошенник без труда скрылся, прихватив с собой его куртку. «Я ушел и экстрасенса более не видел. В беседе со мной он рассказывал, что может связываться с людьми на больших расстояниях и даже влиять на них. Подобного влияния я не ощутил, хотя на мне был предмет, ему принадлежавший». По утверждению сотрудников Следственного комитета при МВД, далеко не все потерпевшие заявили о преступлениях Чудина в милицию. Некоторые высокопоставленные чиновники, по-глупому попавшиеся на удочку мошенника, решили скрыть от правоохранительных органов свой позорный промах.

Ловкий мошенник «нагрел» на 3000 долларов самого скандально известного мэра Ленинск-Кузнецкого Геннадия Коняхина. Таков был аванс за обещанную «спецкором» «Огонька» публикацию материалов о коррупционерах из окружения Амана Тулеева, пытающихся сгубить любимого народом мэра. Получить от Коняхина эти материалы и остальную сумму («Во много раз большую!») Гнус не успел: ленинск-кузнецкий босс угодил за решетку. С одной стороны – чисто журналистская «утка», на которую можно было бы не обращать внимания, но на другой чаше весов – звонок из УВД Кемеровской области, подтверждающий, что «корреспондент» там действительно побывал и гастролировал весьма успешно: исчез с 77 миллионами рублей.

Юрию Романовичу нельзя отказать в обаянии. А речь заводит!

– …Сельским хозяйством с детства интересовался. У меня и первое высшее образование очень близко к этой сфере – лесотехническое. А искусство... Мы же с вами образованные люди... И потом, много ли надо – продемонстрировать, что можешь отличить символизм с реализмом от импрессионизма...

В приемной губернатора комбинатор познакомился с начальником УВД области, который пообещал «журналисту» материал о самоотверженных людях, работающих в правоохранительных органах. «Решение провести традиционный номер в милиции созрело неожиданно, после разговора с начальником УВД. С одной стороны, казалось, что идти с подобной миссией в милицию – поступить подобно камикадзе. Но с другой стороны, здесь не могло не действовать два психологических фактора: вряд ли генерал милиции мог предположить, что мошенник придет совершать преступление в милицию, второе – это тот факт, что встретились мы в приемной губернатора, и он нисколько не сомневался в том, что перед ним столичный корреспондент». Махинатор, не долго думая, предложил генералу... все ту же поездку в Германию. Но с милиционеров он собрал деньги только на авиабилеты до Москвы. Кстати, по этому эпизоду обвинение мошеннику так и не было предъявлено. Руководство УВД, несмотря на неоднократные запросы Следственного комитета не подтвердило истинность показаний Чудина.

Неизвестно, как долго продолжались бы эти аферы, если бы не бдительность заместителя начальника управления культуры Липецкой области Татьяны Гореловой. Как-то в ее кабинет заявился взъерошенный низкорослый мужчина. Отрекомендовавшись корреспондентом «Огонька» Юрием Виноградовым, он сказал, что собирается написать очерк о передовом сельском доме культуры. Что-то смутило Горелову в корреспонденте… Однако поднимать шум она сразу не стала. В тот же день Горелова отвезла «столичного гостя» в один из домов культуры, где для него был проведен смотр местной художественной самодеятельности. Корреспондент был в восторге и громко аплодировал.

После концерта он пригласил всех присутствовавших, включая Горелову, съездить в Германию на конкурс фольклорных коллективов. Поездку якобы спонсировал банк «Империал». На сборы – две недели, формальности (оформление загранпаспортов, визы и прочее) берет на себя журнал, а банк, кстати, обменяет валюту по льготному курсу. Артисты с радостью согласились, и корреспондент тут же предложил всем сдать деньги на проезд до Москвы. Не спешила с ответом только Горелова.

Когда сформированная группа направились на вокзал, Горелова позвонила в редакцию «Огонька», спросила, работает ли у них Виноградов, и подробно описала его внешность. В редакции, не дожидаясь окончания рассказа, ей заявили, что «этот корреспондент – отъявленный аферист, уже доставивший нам массу неприятностей». Когда Чудина доставили в отделение, он попросил оформить ему явку с повинной. Мошенник с насмешками рассказал о своих похождениях по стране и о доверчивости обывателей, которые «забывают обо всем, как только чувствуют халяву».

…Лешенька Чудин появился на свет во Львове. Он был очень одаренным, но забитым мальчиком. Из-за родовой травмы оба его глаза практически ничего не видели, а голова походила на огромную грушу. Ребята во дворе смеялись над маленьким квазимодо, дразнили очкариком и играть с собой не брали. Наверное, именно тогда в сердце отверженного ребенка родилась странная мечта, повлиявшая на всю его жизнь. Мечта – быть корреспондентом. Три раза в неделю мальчик выпускал школьную стенгазету, подписался на всю октябрятско-пионерскую периодику, а во внутреннем кармане школьной куртки стал хранить портрет своего кумира – Мурзилки. Лет в четырнадцать Леша предпринял попытку сделать свой первый репортаж с урока в соседней школе. Завучу он представился корреспондентом «Пионерской правды» и таким образом попал в класс. Написанный материал не взяли ни в одну из львовских газет.

Однако подросток не расстроился, так как ему больше понравилось не писать, а... представляться журналистом. С тех пор юнкор часто наведывался в городские школы, профтехучилища, техникумы и, вместо того, чтобы учиться в своем интернате для слабовидящих детей, черпал знания в общеобразовательных школах. Счастливая «творческая» пора кончилась через несколько недель. Обман открылся, и взрослые грубо разлучили ребенка с его розовой мечтой. Прямо из школы, где он брал интервью у учителя литературы, его увезли в психушку, где юнкор лежал в течение полугода с диагнозом «шизофрения». Однако после завершения курса психотерапии врачи признали у пациента другую очень редкую душевную болезнь, так называемую «психопатию типа патологических лгунов». По утверждению психотерапевтов, она представляет собой даже не болезнь, а особый вид истерии, когда человек врет лишь из любви к вранью. Корыстных целей он не преследует, а фантазирует, подобно гоголевскому Ноздреву, чтобы привлечь к себе внимание. Врачи установили, что в подростковом возрасте Леша Чудин всеми силами жаждал признания сверстников. В его характере преобладали эгоцентризм, склонность к подражанию, выдумкам и фантазиям. На этом фоне произошло развитие поэтических наклонностей и сценического дарования. Однако с возрастом один психологический вектор – «жажда признания» – сменился другим – «жаждой накопления». Тот же самый человек стал использовать свою когда-то безобидную богатую фантазию для добывания денег и обмана людей.

…Из явки с повинной Чудина: «Видимо, все министры страдают одними недугами: потерей бдительности и тщеславием. Когда сам губернатор или министр, обрадованный, что попадет на страницы известного журнала, представляет тебя заму или помощнику, у тех сомнения быть уже не может – министры умные, и они не ошибаются».

Последние публикации:

Все публикации

Оставить свое мнение в гостевой книге

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге




© ТОПОС, 2001—2010


Поиск
Авторы
Архив
Фотоальбом
Гостевая
Форум-архив
О проекте
Карта сайта
Книги Топоса
Как купить книги
Реклама на Топосе

Для печати

Реклама на Топосе

поиск:

авторы
 А Б В
 Г Д Е
 Ж З И
 К Л М
 Н О П
 Р С Т
 У Ф Х
 Ц Ч Ш
 Э Ю Я
Warning: Use of uninitialized value in split at backoffice/lib/PSP/Page.pm line 251.