сегодня: 29/01/2020 Топос. Литературно-философский журнал. статья: 27/04/2006

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге

Поэзия

Стихотворения

Анна Павловская (27/04/06)

***

Я темнотою заросла, как шерстью, Мне пофиг достижения страны, Я проношу на фаустовском фэсте Оплывших свеч лепные колтуны. На цыпочках, почти что на котурнах К двери, на стук, как тыщи лет назад, При колдунах и короле Артуре – Вдоль стен, углов, наощупь, наугад. Я мешкаюсь, ключи роняю на пол, Коленом задеваю табурет, Дверь открываю, и вдыхаю залпом, Как самогон, столетия и свет.

***

Любе На деньги мужниной зарплаты – С цигаркой белою во рту – Я в игровые автоматы Походкой шаткою иду. Проглотит денежку машина, Нажмешь две кнопки наугад, И все мечты как на витрину Тебе поставит автомат. За эту долгую минуту, Покуда не объявлен счет По неизвестному маршруту Твой пароходик уплывет. Ты как Есенин рассмеешься, Когда войдешь в каюту-люкс, Россию словом нехорошим Помянешь и заплачешь вдруг. Воспоминаний сложишь веер, Угрюмо бросишь на тахту. И пальмы Рио-де-Жанейро Качнутся перьями в порту.

***

На плите моей кипит уха, Тушатся замоченные в сливках С перцем Индюшачьи потроха, Жарится грузинская подливка. Белою скатеркой стол накрыт. Откупорю шардоне а впрочем, Гжелка в холодильнике лежит, Если водки кто-нибудь захочет. Мы садимся за роскошный стол – Блок, Есенин, Рыжий, с ними кто-то. Шутки, тосты, включен рок-н-ролл – Отдыхаем, все-таки суббота…

***

Я толстых бабочек боюсь – Из темноты летят, как пули. Я, может, тоже застрелюсь, Но не на даче, не в июле. На освещенное крыльцо Выходишь, впитываешь лето, Но бабочка летит в лицо, И выпадает сигарета. Обрушивается покой. Свистят незримые летуньи. Возьми их Господи, накрой Стеклянной банкой полнолунья. Я так хотела тишины, Я так устала в эту зиму. Выходишь– бабочка из тьмы И– в лоб, и все непоправимо. Сад превращается в Чечню Раскинул смоляные крылья Я электричество включу И свет из узких окон вылью Кусты смородины в огне – Заполыхали над тропою. Летите, бабочки ко мне, Я ночь как дзот собой закрою.

***

Приостановлено кино, Но пауза не держит лица, И мальчик к девочке больной Никак не может наклониться. Он должен ехать навсегда – Его в Сорбонне ждут успехи, И между ними, как вода, Горизонтальные помехи. Так надо, не его вина. Таблетки – башенкой на блюдце. Она все поняла, она Никак не может отвернуться.

***

Смотри, какая гроздь – Вся тяжесть винограда! В ней – лето, что пришлось Скитаться до упаду. Вот – нежности закон, Грибных дождей и пляжей! Возьми ее в ладонь – Она как груди ляжет. Я чувствую лозу – Извивы и сплетенья. Я в животе несу Тоску плодоношенья. Изгиб лозы, виток – Заломленные руки, Тягучий сладкий сок, И родовые муки.

***

Под землю, В переход, Подняв воротники Спускается народ, Расходятся круги. По кругу нас везет Подземный паровоз. Сейчас в вагон войдет Измученный Христос. Коснутся жарких глаз Холодные уста… Наверно, не сейчас. Наверно, никогда. Круг номер двадцать пять. Пора бы выходить. Но незачем дышать. И негде преклонить. Незрячий музыкант Играет полонез. Поставит точку Дант И выстрелит Дантес.

***

Снится мне, что серьезно попала, Что меня проглотила тюрьма. Я не крала! Я не убивала! Или, может, не помню сама. Я ругаю кирпичные стены, Я ногтями рисую побег. Я смогу, я сбегу непременно, Я чиста, я живой человек. И меня, наконец, оправдали. Я не знаю дороги домой. Я хожу на сибирском вокзале, Я стою на платформе пустой. И проходят, проходят, проходят Голубые мои поезда! Сквозь меня пассажиры проходят, Вырастают вокруг города. И ознобом нисходит догадка: От меня отвернулась родня, И шагнула тюремная кладка И за ноги схватила меня.

КАРМЕН-БИЗЕ

И началось, и душно мне, Стол, окна дребезжат, Кровать трепещет рюшами, Обои голосят. Застыли, стали, слушают, Ни выдоха, ни-ни, И заползает в уши мне Полнеба, черт возьми. Огня, огня змеение – Закрой, закрой глаза Какие тут сомнения – Ее любить нельзя. Затишье, и – пощечина, И драка, может быть, И к горлу – нож заточенный, Наплюй, возненавидь! Притворщица охальная, Эх, ты, Кармен, Кармен, Дотла горят опальные, И ничего – взамен. За погремушку-песенку, Я жизни не отдам, Но я по нотной лесенке Поднялась к небесам. Родные и знакомые, Умершие давно, Пришли ко мне, трясло меня, И было мне темно. И я считала дни мои, Спускаясь по корням – Знакомые, любимые Меня встречали там. В гнилой торфяник пористый, В безвыходное зло. Мне было стыдно, горестно, И было мне светло. В бормочущем болоте я, В проточных небесах. Мелодия, мелодия – Вся комната в слезах.

***

На Арбате стоят автоматы И торгуют счастливой судьбой. Отслюню я бумажку с зарплаты – Будь что будет, что будет со мной! Просто так от тоски и мороза Потому что грешно и смешно, Чтобы на тонком билетике просто Было сказано: Все хорошо. Вдохновенье пребудет с тобою, И хотя бы прозрачный намек, Что, мол, ты не умрешь от запоя, И не сядешь торговкой в ларек. Потому что метель подвывает, Потому что толкает толпа, Потому что судьбы не бывает, Потому что такая судьба.

***

Приносит мама виноград И гречневую кашу. Из-за двери за мной следят Сережи и Наташи. Их много, стриженных под ноль, Больных и желторотых. Болезнь их, а вернее, боль В том, что они – сироты. И я всегда окружена Молчаньем осторожным. Я тоже, кажется, больна, Но не тогда, а позже. Куплю ли сыну виноград, Варю ли утром кашу. Из-за двери за мной следят Сережи и Наташи.

Последние публикации:

Все публикации

Оставить свое мнение в гостевой книге

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге




© ТОПОС, 2001—2010


Поиск
Авторы
Архив
Фотоальбом
Гостевая
Форум-архив
О проекте
Карта сайта
Книги Топоса
Как купить книги
Реклама на Топосе

Для печати

Реклама на Топосе

поиск:

авторы
 А Б В
 Г Д Е
 Ж З И
 К Л М
 Н О П
 Р С Т
 У Ф Х
 Ц Ч Ш
 Э Ю Я