сегодня: 19/08/2019 Топос. Литературно-философский журнал. статья: 29/11/2005

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге

Литературная критика

Беседка «Внутренняя Монголия».

Дмитрий Бавильский (29/11/05)

Дмитрий Бавильский и Сергей Юрьенен о литературе и о себе. Часть 5

Начало

Сны еще относительно молодого человека

Д. Бавильский

Вот интересно: какую «тему», «мысль», «метафору» вы можете назвать главным мотивом (мыслью) своего творчества?

С. Юрьенен

Мальчик со свирелью на погребальной урне. Метафора открыта мной в детстве. В Эрмитаже. Возраст статуи – V век до н.э.

Д. Бавильский

Сказал как отрезал. Даже комментировать не хочется.

Зайдем с другого бока.

Современный писатель – это отщепенец, мизантроп или тайный властелин (владелец) мира?

С. Юрьенен

Отщепенец, властелин – это могу понять. Но мизантроп?Прошу прощения. Человеколюбие есть наш порок…

Д. Бавильский

Ну, во-первых, писатель, в отличие от других, тварь творящая, во-вторых, многие скорби, всё и всех понимающая, это ли не источники потенциального высокомерия? А потом, с моей точки зрения, мизантроп – это такой последний романтик, который не может простить людям их несовершенства и отдаленности от идеального божьего замысла. Оттого и мизантропируем, бичуя, нет?

С. Юрьенен

Совершенно верно – и даже предвосхищая мою оговорку насчет того, что с романтической диспозицией трудно совмещается эта всеобъемлющая сострадательная любовь, которая мне все же представляется более верным орудием познания…

Но бичевал ли?

Скорбел – вот очень не без этого. Но упиваясь скорбью. С холодным же презреньем оглядывать не выходило как-то. Неважный из меня садист. Плохой Ставрогин.

Д. Бавильский

Книга Рубена Давида Гальего Гонсалеса «Черное на белом» впервые была опубликована в «Иностранной литературе» с вашим предисловием. Расскажите, как к вам попал этот текст.

С. Юрьенен

Подробно я писал об этом (журнал Всероссийской Федерации Самбо «Самозащита без оружия», номер 3 за 2004): однажды обнаружил в электронной почте тексты, присланные из Новочеркасска, города расстрелянного пролетариата. Такого потрясения я в жизни не испытывал. Разве, когда впервые читал «Путешествие на край ночи».

Д. Бавильский

Говорят, Рубен – твой родственник, это правда?

С. Юрьенен

Гордился бы, – но, к сожалению, гремучая иберийско-индейско-китайская природа имеет мало общего с моей, питерско-таганрогской, северно-южной. Говоря же о литературе – вне всякого сомнения родня. Писатель-эксцесс. Писатель-прорыв.

Д. Бавильский

Ладно, замнем для ясности, коль не хочешь. Ты согласен с решением жюри премии «Русский Букер», которая присудила романную, в сущности, премию, тексту в жанре «нон-фикшн» («Черное на белом»)?

С. Юрьенен

А даже если нет? Жюри присудило премию Книге. Литературному феномену года, который для меня является вневременным образцом трансгрессии. Произошло, конечно, чудо – если вспомнить, что в год издания «Путешествия на край ночи» – 1932 – Гонкуровскую премию получил отнюдь не Селин. (Можете вспомнить, кто?) Кстати, могли бы обнести и Букером на формальных основаниях, что, скорее, «факшн», чем «фикшн»... Случай высшей справедливости. Рад, что произошел в России.

Д. Бавильский

Ну, да, если учесть, что в этом году особенно остро муссировался слух, что нынешнюю Нобелевку дадут какому-нибудь непрофильному автору нон-фикшн. В сущности так оно и получилось, дали драматургу. Не так радикально, как хотелось бы, но уже что-то. Жанр романа сейчас находится на подъеме или в упадке?

С. Юрьенен

По-моему, явная регрессия. Усталость формы. Пора «евророманов».

Д.Бавильский

Так, значит, «евророман» – это, все-таки, компромисс?

С. Юрьенен

Ну, в Америке сейчас в моде пудовые дебюты. Уоллес, которого я не успел передать в эфир, этот американский Шаргунов или, скорее, Сенчин... Под названием «Труд вопиющей гениальности»... Новая локальная искренность. В руке перед сном не удержать. По этому поводу вспоминается, как Томас Вульф привез в издательство на тачке свой первый роман, из которого Перкинс, был такой «редактор гениев», выбросил тысячу страниц – и получился «Оглянись на дом свой, ангел!» Может быть, «евророман» – просто мой частный и биографически забегающий вперед акт американизации на европейской почве. Лозунг был, вырезанный и наклеенный скотчем на монитор: Keep it short. Что по-нашему еще короче: КОРОЧЕ!

Д. Бавильский

Важный для меня вопрос, на который я пока не могу найти однозначного ответа. Коммерциализация романа как жанра (беллетризация) – хорошо это или плохо?

С. Юрьенен

Помню, как в Париже меня, только что из Союза, поразила бесстыдством реклама на витрине банка: «Коммерция есть жизнь». Приближение к потребителю, по-моему, на пользу жанру, который, таким образом, ревитализируется.

Д.Бавильский

Как живется русскому писателю в изгнании?

С. Юрьенен

Неизмеримо трудней, конечно, чем американскому – будь он из Северной Америки или из Южной. Но русский язык примиряет с любой реальностью. И еще то обстоятельство, что какой-никакой, но ты писатель, и значит все во благо – даже подохнуть на помойке.

Д. Бавильский

Странно, но, живя вне России, ты много переводишь с иностранных языков на русский. Почему? «Топос» опубликовал ваш с Ауророй Гальего перевод романа Бова «Мои друзья». Как ты открыл того же Бова?

С. Юрьенен

Переводить я начал в Союзе, лет в 17. Тогда впервые попалась интересная американская книжка, у которой никаких шансов выйти по-русски в то время не было.

В отличие от Ауроры, которая перевела много книг с разных языков на, главным образом, французский и была внесена во Франции в Индекс лучших переводчиков, я в этом деле никоим образом не претендую на профессионализм. Хотя считаю, что мои переводы на русский, возможно, будут интересней профессиональных, слишком, на мой взгляд, насильственных, слишком гладких и зализанных.

Многие до сих пор, к примеру, вспоминают Буковски – я первый перевел его рассказы на русский. Сохранив в одном месте cock как cock. Исключительно из-за графики слова – вглядитесь. Эрекцию здесь сопровождает довесок, который к тому же способен вызвать подсознательное «коки». Я не боюсь косноязычия. Стараюсь синтаксически следовать за автором, уважаю размер его фраз, сохраняю, по возможности, знаки препинания, что можно увидеть и на примере Бова…

Как открыл? Благодаря французскому другу. В Париже, в конце 70-х, журналист и прозаик Мишель Сайан (Salhan), был одним из тех, кто во Франции готовил ренессанс Бобовникова-Бова.

Д. Бавильский

Какой видится современная русская литература из Праги?

С. Юрьенен

А можно на вопрос

вопросом встречным? Невозможным? Из Москвы какой вам видится она?

Д. Бавильский

В Москве кажется, что её нет, она расползается как старая тряпка. Хотя для успешного литератора этот ответ неправильный. Успешному нужно всех хвалить, говорить о расцвете.

С. Юрьенен

Прага, чешская Прага, современной литературы в России почти не видит, в чем упорствует. Впрочем, глядя из Праги, и польской современной литературы нет. Я все время повторял, что для меня в Европе есть два лишь города, Париж и Прага, но в этом смысле – интереса к мировой литературе – Париж, конечно же, даст фору и Франкфурту-на-Майне, где появилось само понятие «мировая литература», и Нью-Йорку…

Д. Бавильский

А из Соединенных Штатов?

С. Юрьенен

Здесь я трех месяцев не прожил – все суждения были бы преждевременны. Что касается меня, то я просто частица этого разнесенного по белу свету единства, что сознаю спокойно, а возможно, даже не без гордости. В конце концов, минувший век кончился тем, что политическое зло, в котором я родился и произрос, не устояло перед словоизвержением. Прошу прощения за пафос – перед свободным словом.

Д. Бавильский

Ты не приезжаешь в Россию, а хотелось бы? Какой она теперь тебе кажется?

С. Юрьенен

Вечной она мне кажется.

При этом скажу, что раньше смешно и даже тошнотворно было, когда французские критики писали про «вечную Россию» по поводу моего первого романа: новоприбывшие поколения русских изменили оптику моих иллюзий, – мы ведь о том, что кажется? Еще мне кажется, что это мой персональный заповедник (что и имеется в виду под формулой «я унес Россию»). Конечно, хотелось бы приехать. Сейчас, впрочем, не так, как в конце 70-х прошлого века, когда мне приснился сон, записанный тогда же, как рассказ: «Полет в Москву». Можно сказать, пророческий. Мне в этом сне, приснившемся в возрасте 30 лет, было за полтинник, Москва была свободной, но проблематичной, в ней было много снега, и выступал я перед аудиторией МГУ, в большинстве, конечно, восприимчивые девушки, с одной из которых...

Сон, то есть, еще вполне молодого человека.

Последние публикации:

Все публикации

Оставить свое мнение в гостевой книге

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге




© ТОПОС, 2001—2010


Поиск
Авторы
Архив
Фотоальбом
Гостевая
Форум-архив
О проекте
Карта сайта
Книги Топоса
Как купить книги
Реклама на Топосе

Для печати

Реклама на Топосе

поиск:

авторы
 А Б В
 Г Д Е
 Ж З И
 К Л М
 Н О П
 Р С Т
 У Ф Х
 Ц Ч Ш
 Э Ю Я