сегодня: 20/09/2019 Топос. Литературно-философский журнал. статья: 18/05/2005

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге

Онтологические прогулки

Большая антиномия, или Россия как литература

Сергей Малашенок (18/05/05)

В последнее время особенно много пишут (по понятным причинам) о взаимосвязи двух, привычных для России общественно-политических, а также и культурных конфликтов. Понятно, какие это конфликты, и даже слишком понятно. Россия – Запад, народ – власть. Такая вот пара пар, вечная, можно сказать, штука, тема, со времен Чаадаева трансформировавшаяся из остро-скандальной в почти совершенно одиозную, да так, что любой хоть сколько-нибудь образованный человек стремится по возможности всю эту вполне реальную проблематику или игнорировать, или трактовать в чисто практическом плане, в видах какой-нибудь личной борьбы, когда неизбежно высокая ли, низкая ли истина приносится в жертву прагматическому обману.

Это инстинктивное избегание российским «истинно-культурным» слоем «нехорошей» темы, наряду с другими, более материальными причинами, приводило и приводит к отсутствию интеллектуального осмысления не только русской исторической судьбы в целом, но даже и самых роковых, кричащих, и кровоточащих событий этой судьбы. Мне только хотелось бы, чтобы меня поняли правильно, в том плане, что я не собираюсь тут что-то вот «осмыслять», как бы охваченный манией величия, а только делюсь с читателями скромными наблюдениями по соответствующему поводу.

Наблюдения эти таковы.

Прежде всего, как можно догадаться, конфликт между властью и народом, отнюдь не является некоей чисто русской болезнью. Наоборот, со времен всеми признанного восстания масс, конфликт этот во всех странах цивилизованного мира может считаться даже неким признаком социального здоровья обществ и наций, а там, где обсуждаемая оппозиция упразднялась, или хотя бы такое упразднение только декларировалось, то, как в Гитлеровской Германии, или в Сталинском Советском Союзе, возникали известные «исправительно-трудовые лагеря», как конечные результаты применения главного аргумента разума масс, то есть, prima ratio, прямого действия. На мой взгляд, одним из самых поразительных результатов общественного торжества насилия, к которому подсознательно всегда так стремится толпа, является некий эффект переворачивания полюсов конфликта «народ – власть», когда уже именно народ, вернее, его лучшая часть, повинуясь совести, или инстинкту, начинает осуществлять культурно-цивилизационное противостояние огосударствленному варварству. Это как раз тот случай, когда, если рассуждать применительно к России, правительство (в противоположность тезису Пушкина) перестает быть «единственным европейцем», поскольку перестает быть в данном контексте европейцем вообще. И это понятно, и весь вопрос в том, а что собственно у нас происходит теперь? В каком состоянии находится конфликт «народ – власть»? В правильном, или в перевернутом? И, если, не дай Бог, мы имеем последнее, то всякие, и самые благонамеренные призывы к преодолению отчуждения власти и общества должны бы вызывать у культурной элиты России самый яростный протест, хотя и... хм, внутренний, по традиции.

Все эти вопросы, на мой взгляд, имеют право, и всегда имели право на жизнь, поскольку власть в России - это почти всегда революция (или контрреволюция). Мы говорим обычно об одной Великой Революции, но их, великих, было множество в русской истории. Революции Ивана Грозного, Смутного времени, Петра Первого, Александра Второго, Столыпинская, Ленинская, Сталинская, Хрущевская, Горбачевская, возможны варианты. Великая Революция (или опять-таки, контрреволюция) происходит и теперь.

Как в отношении русских революций прошлого, так и в отношении ныне творящейся революции, для определения их, так сказать исторического знака, плюса или минуса, мне кажется, можно воспользоваться, опять таки, размышлениями Ортеги-и-Гассета об истории и ее уроках (несмотря на противоречивость эссеистики этого философа, как, впрочем, и всякой другой эссеистики). Мы можем подвергнуть теперешние наши преобразования, как и советовал великий знаток масс, тесту на проективность. Есть ли в них оригинальный (хотя бы как специфический вариант проектов уже осуществленных) проект, или это что-то только «анти», очередное «анти»? Антилиберализм, антикоммунизм, антиглобализм, что угодно, но если это только против чего-то, то дело заранее обречено на поражение, ибо любое анти-что-то это то, что до этого чего-то в случае, когда никакого другого содержания в соответствующей социальной форме не наблюдается. Такова логика истории, а особенно истории России. Казалось бы, и в соответствии со штудиями Ортеги-и-Гассета. С этих позиций последний подвергает суду Большевистскую Россию, и Гитлеровскую Германию, по одному шаблону, не находя в обоих случаях ничего, кроме антилиберализма, продиктованного восстанием масс. Я полностью согласен с Ортегой-и-Гассетом за исключением одной мелочи. Мне кажется, одну только мелочь испанец не заметил. В той российской революции, как и во всех других ее революциях, всегда, кроме очередного «анти» присутствовал незримо некий проект – инвариант. Озвучивать название этого проекта не хочется, просто неудобно, и все-таки это необходимо сделать – национальная безопасность, понимаемая совершенно однозначно, как готовность претерпевать любые страдания от оккупанта внутреннего при условии гарантии физического и нравственного отсутствия на территории страны оккупанта внешнего. Таков генетический императив русских, и приведший в конце концов к известному расширению территории России до довольно больших размеров, а также и к расистским обвинениям русского народа в наследственном империализме.

Судя по тому, какие территории Россия отдала ни за понюх табаку и туда, и сюда, вместе людьми и имуществом, судя по тому, какие унижения и оскорбления Россия согласна теперь терпеть в ответ на свою неслыханную щедрость, судя по тому, с каким упорством при этом многие твердят в то же время, что у нас нет, и долго еще не будет никаких врагов (только друзья) можно сделать вывод, что вышеназванный российский метапроект «безопасность» на данном этапе полностью закрыт. И тогда вопрос встает уже действительно остро, почти так же остро, как это было даже в семнадцатом году – что есть наша теперешняя революция?

Секрет сей, впрочем, всем известен.

Внутри настоящего социального процесса осуществляются два проекта, и они же одновременно два «анти». То есть, один проект либеральный, и, значит, анти-номенклатурный, или антикоммунистический. А второй, наоборот, номенклатурный, квазикоммунистический, и, следовательно, анти-либеральный, и антидемократический. Происходит большая социальная антиномия. Ортега-и-Гассет при таких делах мог бы и с ума сойти, как сходят сейчас с ума коммунисты из КПРФ, поскольку проклятые либералы одновременно отобрали у них их все, святое, родное, пайки, дачи, должности, мандаты, и, самое главное, идею вдохновляющей и направляющей Партии, одной на всех. Номинальным коммунистам оставили только тень Сталина, да и то не целиком. Не позавидуешь. Нет, тут у нас реальная антиномия, и любые сравнения с Пиночетом, или даже с Китаем неуместны.

Остается один вопрос – почему Путин мешает Западу, и почему ненависть к нему со стороны патриотов этого самого Запада местами неподдельна, несмотря на то, что вполне было бы достаточно и наигранной, театральной ненависти? Why? Ведь выстраиваемая Путиным внутренняя предмобилизационная система при декларируемом отсутствии вероятного военного противника неэффективна в условиях войны на удушение в дружеских объятиях. Наоборот, в этих условиях, система квазипартийного руководства парламентом, и вообще государством блокирует живую национальную реакцию русских на агрессивную моральную атаку на Россию (а такая реакция вполне могла бы несколько отрезвить геополитический антироссийский азарт), и отталкивает народы бывших территорий СССР, что сыграло, возможно, гораздо большую роль в поражении России на Украине, например, чем деньги, пропаганда, и давление Америки и Евросоюза. Казалось бы, если Путин (или это не он?) конструирует нежизнеспособную, исторически бесперспективную Россию, ему не надо мешать с такой сплоченной яростью? Чем им мешает Путин?

Мне кажется, я знаю ответ. Дело даже не в том, что Путин воспринимается, и объективно является слабым игроком, а непредсказуемое и бессистемное, бессмысленное упрямство слабых неимоверно раздражает фаворитов. Дело в том, что Путин – единственный, кто еще может говорить от имени России, и даже может быть услышан, а это, с определенной точки зрения, недопустимо даже при полном контроле за всеми прочими медийными источниками и трансляторами. Россию сейчас превращают постепенно в моральное концентрационное пространство мирового масштаба, а в чем главный эффект концентрационного лагеря мы хорошо знаем из работ Франкла, Аренда и других. Концлагерь – зона молчания. Миллионы уничтожаемых в этих лагерях людей обычно не оказывали никакого сопротивления, и не шли ни на какой спонтанный протест не потому, что такой протест был обречен. Да, он был обречен, но дело не в этом. Главное – никто бы ничего не узнал. Это обезоруживало окончательно.

Вот так и разыгрывается этот покер. Россия – Запад - Народ – Власть. Как мы видим, играют двое надвое, Запад и Власть против Народа и России, и одним спонтанным не молчанием президента Владимира Владимировича Путина ничего не изменишь в этом печальном раскладе. Словами делу уже не поможешь, и, как представляется, единственно, что может спасти Россию и ее Народ, это вот именно prima ratio – последний аргумент слишком однобоко и противоречиво описанного Ортегой-и-Гассетом восстания масс.

Остается ответить на последний в данном контексте вопрос. А почему я, собственно, пишу обо всем этом? Причем здесь литература?! А вот причем. Уж очень в последнее время, как-то уже особенно неотличимо стала Россия походить именно вот на литературу, и ясно чем стала походить.

Как известно, главное метафизическое свойство литературы, есть двусмысленность.

Последние публикации:

Все публикации

Оставить свое мнение в гостевой книге

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге




© ТОПОС, 2001—2010


Поиск
Авторы
Архив
Фотоальбом
Гостевая
Форум-архив
О проекте
Карта сайта
Книги Топоса
Как купить книги
Реклама на Топосе

Для печати

Реклама на Топосе

поиск:

авторы
 А Б В
 Г Д Е
 Ж З И
 К Л М
 Н О П
 Р С Т
 У Ф Х
 Ц Ч Ш
 Э Ю Я