сегодня: 16/09/2019 Топос. Литературно-философский журнал. статья: 31/03/2005

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге

Литературная критика

Житие и питие Венички Ерофеева

Игорь Михайлов (31/03/05)

О творчестве Венедикта Ерофеева и, особенно, о его знаменитой поэме «Москва – Петушки» написаны труды, превышающие по объему саму поэму и все, что когда-либо вышло из-под его пера. В ближний круг его друзей, пивших с ними на брудершафт, входят целыми писательскими организациями. Не исключая возможно и тех, кто вытирал в свое время о него ноги. Одну из передач по телевизору, посвященную его памяти, вела ровесница его девушки «с косой от попы до затылка». Впрочем, без косы, и чем-то отдаленно напоминающая кильку пряного посола. С каким-то истомленным лицом на фоне спонсорской батареи «Кристалла».

А если прибавить сюда ежегодные «ерофеевские чтения», коллективные забеги в ширину на электричке с безудержным весельем и возлиянием, возможный скорый выход в свет водки «Москва – Петушки», и все будет готово для канонизации писателя в качестве нового кичевого персонажа. С обязательным ритуальным посвящением его в святые и последующим забвением.

Вот и в предисловии к двухтомнику фигура Ерофеева вырастает до библейских размеров – «сопричастности Слову-Логосу».

Нельзя сказать, однако, что инерция этих загулов и помутнение рассудка у его биографов и исследователей не была задана самим писателем и его судьбой. Но аналогичное помутнение рассудка наблюдалось и у секты толстовцев после смерти непьющего Толстого.

Пора, однако, честно признаться, хотя бы самим себе, что далеко не все творчество Венедикта Ерофеева равнозначно.

К примеру, пьесу – «Вальпургиева ночь, или Шаги Командора» можно смело, без урона ее чести и достоинства, причислить к весьма распространенному ныне жанру – «бред сивой кобылы». И лишь то немногое, о чем стоит говорить, это его бессмертная поэма – «Москва – Петушки».

«Москва – Петушки» – явление уникальное в литературе советского периода. Можно даже сказать и так: «Москва – Петушки» – это энциклопедия советской жизни.

И в самом деле, кроме вполне традиционного сюжета, движущей и направляющей силой которого является жанр путешествия, в поэме собрано и атрибутировано такое количество мелочей, штрихов, слов и привычек нашей прошлой жизни, ставших стереотипами, что, по неволе, в поисках литературного источника на ум приходит «Евгений Онегин» Пушкина (во имя которого, кстати, в поэме одной даме проломили череп и выбили четыре передних зуба). Одним из центральных персонажей «Евгения Онегина» являются как раз предметы быта, вещи, одушевленные гением поэта. Благодаря чему боливар, васисдас, «два шкафа, стол, диван пуховый» и даже слащавые, как мармелад, романы Ричардсона, получили в литературе статус бессмертия.

Вот и в поэме «Москва – Петушки» выведено на авансцену огромное количество вещей, образы которых мы окунаем в нашу память, воскрешая из небытия эпоху. Мы с ней поспешили расплеваться, но «все на свете должно происходить медленно и неправильно, чтобы не сумел загордиться человек, чтобы человек был грустен и растерян».

Попробуйте очутиться среди этих декораций минувшей эпохи, и вы сможете ощутить еще не остывшую их теплоту и негу, исходящую от них. Хотя, собственно, что тут особенного: «сиплый женский бас, льющейся из ниоткуда», «две бутылки кубанской по два шестьдесят каждая, две четвертинки российской, розовый крепкий за рупь тридцать», «глаза такие пустые и выпуклые», «тупой-тупой в телогрейке» и «умный-умный в коверкотовом пальто», «закуска типа «я вас умоляю!», одеколон «Свежесть», «Моше Даян и Абба Эбан», «казенные брюки», «раз-два-туфли-надень-ка, как-те-бе-не-стыдно-спать?», коктейли «Ханаанский бальзам», «Слеза комсомолки», «Сучий потрох» и т.д. и т.п.?

Но почему-то эти мелочи передают аромат утраченного времени сильнее, чем дюжина романов, от советского до антисоветского включительно, фанфарами отгромыхавшие недавно в «толстых» журналах и почившие в бозе, или простая сухая опись. Почему?

Ответ можно найти у самого автора: «Нет, честное слово, я презираю поколение, идущее вслед за нами. Оно мне внушает отвращение и ужас. Максим Горький песен о них не споет, нечего и думать. Я не говорю, что мы в их годы волокли с собою целый груз святынь. Боже упаси! – святынь у нас было совсем чуть-чуть, но зато сколько вещей, на которые нам было не наплевать, а вот им – на все наплевать».

Именно через ощущение этого, казалось бы, хлама понятий, дурацких и неправдоподобных историй, обычаев – вещей, человека привязывает время к своей пуповине. Пускай и время не совсем то, да и вещи сомнительного свойства, но маленький человек (лишний), тоскующий по несбыточной, лучшей, жизни, все тот же, что и во времена Пушкина. И его путешествие в глубь самого себя за призрачным счастьем – это, собственно, и есть «Москва – Петушки».

В трагикомичной истории появления на свет и публикаций поэмы зеркально отразилась и судьба ее автора. Впервые «Москва – Петушки» были напечатаны в журнале «Трезвость и культура» за 1988-89 год, который затем исчез, поменяв название. Далее поэма вышла отдельной книгой в советско-югославском издательстве, которое тоже через некоторое время разорилось. Ваш покорный слуга купил экземпляр творений Венедикта Ерофеева на одной из ярмарок, слегка погрызенный мышами и ошпаренный кипятком.

Кроме того большой корпус сочинений Венички Ерофеева до сих пор не изучен. Хотя по большому счету изучать совершенно нечего. Это по большей части полуфабрикаты от литературы: романы, пьесы, эссе и т.д. Лишь небольшая толика того, что составила его полное собрание сочинений. Близкие и друзья опасаются, что если весь этот корпус будет опубликован, то посмертный образ автора романа «Москва-Петушки» может быть подвержен ревизии.

И опасаются, надо сказать, не напрасно. Житийная литература не выносит прозы. Святой состоит из подвигов. «Москва-Петушки» – это подвиг графомана, сумевшего преодолеть свою заурядность.

Последние публикации:

Все публикации

Оставить свое мнение в гостевой книге

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге




© ТОПОС, 2001—2010


Поиск
Авторы
Архив
Фотоальбом
Гостевая
Форум-архив
О проекте
Карта сайта
Книги Топоса
Как купить книги
Реклама на Топосе

Для печати

Реклама на Топосе

поиск:

авторы
 А Б В
 Г Д Е
 Ж З И
 К Л М
 Н О П
 Р С Т
 У Ф Х
 Ц Ч Ш
 Э Ю Я