сегодня: 19/08/2019 Топос. Литературно-философский журнал. статья: 22/12/2004

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге

Литературная критика

Смысл и бессмыслица женских журналов

Елена Шерман (22/12/04)

Знаете ли вы, что такое настоящая женщина? Нет, вы не знаете настоящей женщины. Она не просто коня на скаку и пожарником на полставки – старо, старо, господа. Настоящая женщина, помимо готовки-стирки-уборки умеет вещи, недоступные профессиональным психоаналитикам и фокусникам. Например, она умеет поднять до небес самооценку закомплексованного хлюпика, терпеливо взрастить, как пальму из косточки, мужество в потомственном трусе, и угодить одновременно свекрови, золовке, невестке, младшему сыну и двоюродному племяннику от первого брака. Она создает небывалый уют при минимуме средств, она сочетает глубинную, исконную мудрость с прелестной женской глупостью, она превращает любого полуимпотента в полового гиганта и сияет весенней красотой в любое время дня и года.

Стать настоящей женщиной – мечта всех прочих женщин. Понятно, что путь к вершинам долог и сложен, и впору бы растеряться, если бы не наличие проверенных временем путеводителей – женских глянцевых журналов и их Интернет-аналогов. Именно там женская половина может найти четкие указания, позволяющие приблизиться к сияющему идеалу, причем указания на все случаи жизни.

Типичная стратегия поведения, навязываемая женщине субкультурой «глянцевых журналов» и вообще патриархатным дискурсом – это стратегия манипуляции. Данная стратегия преподносится и как наиболее успешная, и как наиболее «женственная», то есть соответствующая традиционному гендерному стереотипу. При этом в рамках того же дискурса манипуляция в принципе осуждается, и «двуличному», «интриганскому», «актерскому» стилю поведения (читай: женскому) традиционно противопоставляется рыцарское благородство прямоты и откровенности. Получается замкнутый круг: чтобы соответствовать ожиданиям общества, «правильная» женщина должна вести себя как манипулятор, но при этом данное поведение осуждается тем социумом как этически неполноценное – и ей это известно. Не случайно говорится в древнеегипетском папирусе: «женское место – плохое место». В рамках традиционного подхода женщине очень сложно – практически невозможно – стать «хорошей», потому что требования, который к ней выдвигаются, не просто противоречивы, но и практически невыполнимы. Невозможно быть одновременно жнецом, швецом и игроком на дуде: а ведь традиционный ролевой репертуар женщины насчитывает куда большее количество позиций. Женщина должна быть толковой поварихой, опытной уборщицей, профессиональной экономкой, компетентной воспитательницей, изощренной любовницей, психологом-любителем («настоящая жена умеет поддержать мужа в сложной ситуации»); при этом она должна работать вне дома («мужчина быстро теряет интерес к женщине, кругозор которой ограничивается четырьмя стенами»), никогда не болеть («муж любит жену здоровую») и всегда выглядеть «на все 100». Примечательно, что в российском традиционном дискурсе помимо всех перечисленных выше обязанностей на женщину взваливается еще одна, и, быть может, основная: ответственность за мужчину. Женщина отвечает за дом, за детей, за свой внешний вид – и за своего мужчину. Ответственность за мужчину подразумевает перманентную виновность женщины во всех психологических проблемах своего партнера. Утратил ли мужчина былую потенцию, завел ли любовницу или начал пить – рецепты решения проблемы авторами глянцевых журналов формулируются всегда одинаково: что должна в такой ситуации делать женщина? Какие усилия она должна приложить, какие ошибки исправить?

Обратите внимание: женщина непрерывно что-то должна – брить ноги, избавляться от целлюлита, поддерживать в доме благоприятную психологическую атмосферу, удовлетворять все сексуальные желания своего партнера, испытывать оргазм, иметь волосы без перхоти, знать 101 рецепт приготовления борща, быть мудрой и терпеливой в 20 лет, терпеть и понимать мужские капризы, уважать свекровь – и также непрерывно она виновата. Чувство вины является идеальным фундаментом для комплекса неполноценности, и возведение данного здания в юной душе, как правило, начинается именно с создания ситуации виновности. Девушка в 18 чувствует себя виноватой в том, что ее бросил парень: ведь ее физические параметры не соответствуют параметрам «девушки с обложки»; женщина в 30 чувствует себя виноватой в том, что муж ее бьет: она не сумела стать идеальной женой. Таким образом, внушая женщине, что манипуляция является наиболее успешной стратегией межполового общения, общество, в свою очередь, манипулирует женщиной, и ничего хорошего женщине эта манипуляция не сулит.

Оборотной стороной традиционного дискурса является запрет на реальную критику мужчины, оборачивающийся табу на подлинные характеристики того или иного поведения. Например, в ситуации семейного насилия женщине предлагается разобраться в причинах и истоках агрессивного поведения мужа и выработать стратегии компенсирующего поведения, вместо того, чтобы назвать вещи своими именами: мужчина, избивающий женщину – это дерьмо, место которого в камере у параши, а единственная здравомыслящая стратегия поведения в данном случае – это немедленно уйти от такого партнера. Сюда же относятся бесчисленные советы «жалеть мужчин», «беречь» их, снова и снова возлагающие на женщину некие обязанности – и лишая ее при этом всех прав, кроме права быть одновременно жилеткой для плача и куклой для битья.

С точки зрения психологии, отношения между мужчиной и женщиной в традиционном дискурсе – это всегда трансакция «Родитель-Ребенок» и никогда «Взрослый-Взрослый». Кто играет роль Родителя, не так уж существенно: в западном патриархатном дискурсе это мужчина, в российском – женщина. Женщина традиционно выступает в роли Матери; что ж, не приходится удивляться в таком случае, что от партнера, которого воспринимают как маленького мальчика, «сына», терпят и побои, и все формы психологического насилия (стереотип: «настоящая мать все простит»). Разумеется, любая попытка заговорить о своих интересах в такой позиции воспринимается как непростительный эгоизм: настоящая мать думает в первую очередь о детях!

Достойным завершением парадигмы является навязываемый женщине не только массовой, но и высокой культурой комплекс жертвенности. Жертвование своего времени, здоровья, сил, не говоря уже о профессиональной самореализации и прочей «ерунде» воспринимается как единственно возможная и правильная линия поведения.

Таким образом, в традиционном понимании «настоящая» женщина предстает как заботливая мамочка, манипулирующая «с лучшими побуждениями» своим партнером, сознающая свою ответственность за благополучие супруга и семьи, покорно терпящая любое насилие из «высших» соображений и охотно жертвующая собой во имя мужа, детей, семейной гармонии, спокойствия свекрови и т.л. Очевидно, что такой стереотип поведения по большому счету обрекает женщину в современном мире только на одну роль: роль социального аутсайдера, роль неудачника, роль человека психологически незрелого и материально зависимого – то есть на «истинно женскую» роль традиционного дискурса. Множество публикаций посвящено не тому, как превзойти мужчину, как вырваться за пределы своего социального круга, подняться вверх по социальной лестнице – но тому, как сделать свой интеллект и таланты как можно менее заметными для партнера! Под девизом «не старайся казаться умнее/успешнее/образованнее мужчины, а то он тебя бросит» девочкам-подросткам навязывается жизненная стратегия вечно проигравшей.

Психологическое ограничение личностного роста – при том, что социальные в принципе (юридически) сняты – главное условие выживания патриархатной модели межличностных отношений. Цель навязывания стереотипов «истинной женственности» – не допустить сознание женщины на тот уровень развития, где этическая ущербность и социальная несостоятельность традиционных жизненных сценариев станет слишком очевидной. Как только женщина осознает ценность и неповторимость собственной личности, она – независимо от личных свойств – бесповоротно теряет вкус к исполнению главной роли в трагикомедии «Доля ты, русская долюшка женская, вряд ли труднее сыскать». У нее уже нет ни времени, ни желания копаться в чужих комплексах: она четко формулирует требования и обязательства, требуя общения на равных и только на равных. Жертвование чем бы то ни было автоматически превращается не в подвиг, а в проявление комплекса неполноценности, а решение чужих проблем привлекает не больше, чем утренние оплеухи и вечерние затрещины. Разумеется, для мужчины, привыкшего к психологической роли «сына», выстраивание отношений со взрослой самодостаточной женщиной – непосильная задача; следовательно, необходимо сделать все, дабы таких женщин было как можно меньше. И, к сожалению, «глянцевая журналистика» идет в авангарде процесса: пока главная тема женских журналов формулируется «как угодить/удержать/завлечь мужчину», а не «как сохранить собственное достоинство» или «как реализовать собственный жизненный сценарий», прогресса в межполовых отношениях нам не видать.

Последние публикации:

Все публикации

Оставить свое мнение в гостевой книге

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге




© ТОПОС, 2001—2010


Поиск
Авторы
Архив
Фотоальбом
Гостевая
Форум-архив
О проекте
Карта сайта
Книги Топоса
Как купить книги
Реклама на Топосе

Для печати

Реклама на Топосе

поиск:

авторы
 А Б В
 Г Д Е
 Ж З И
 К Л М
 Н О П
 Р С Т
 У Ф Х
 Ц Ч Ш
 Э Ю Я