сегодня: 22/08/2019 Топос. Литературно-философский журнал. статья: 24/08/2004

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге

Литературная критика

Глазами гения №36. Слова и вещи

Маруся Климова (24/08/04)

Я заметила одну странную вещь: судьбы метафизики никого особо не волнуют, однако стоит только заикнуться о своем скептическом отношении к «духовности», как всех буквально начинает корежить. Например, Ницше лез вон из кожи и распинался о смерти метафизики, а немецким бюргерам было и на него, и на все его прозрения глубоко плевать, во всяком случае, почти никто на него особо не обижался. Более того, сегодня тысячи философов во всем мире подхватили эту тему и всячески муссируют ее в своих диссертациях и на многочисленных конференциях, причем не просто без видимого сожаления и отстраненно, а я бы даже сказала, с тайным наслаждением. Такое впечатление, что словосочетание «смерть метафизики» им всем очень нравится и ласкает слух. Однако о духовности те же самые люди как правило пишут и говорят с каким-то прямо нечеловеческим надрывом, как будто перед ними не отвлеченное понятие, а неизлечимо больной родственник, на которого они не в состоянии глядеть без слез — хотя обычно речь идет вовсе не о «смерти духовности», а только о ее кризисе или временном упадке. А ведь между «духовностью» и «метафизикой» вроде бы нет никакой разницы! Достаточно открыть любой толковый словарь и внимательно проанализировать значение двух этих слов: они оба означают нечто нематериальное и присущее исключительно человеку.

Безусловно, человек, сочиняющий научный труд о смерти метафизики и всячески отстаивающий эту гипотезу, сам все-таки занимается чем-то духовным, то есть тем, что абсолютно не интересует тех же котов, например. Поэтому ему и обидно, когда эту его духовность кто-нибудь ставит под сомнение. Но скорее всего дело не только в этом. По моим наблюдениям, чем меньше люди читают книг, чем дальше они от литературы и философии, тем сильнее держатся за это слово: «духовность»! А кажется, уж им-то и вовсе должно быть все по барабану, так как ни к какой духовности они сами никогда никакого отношения вроде бы не имели...

Неделю назад я ездила в гости к своей мамаше на дачу, где опять была вынуждена выслушивать ее тирады по поводу насилия, убийств и всевозможных извращений на экранах ТВ, которые, по ее мнению, и привели к окончательному упадку духовности в нашей стране. Вот недавно из новостей она узнала, как в одной деревне папаша с мамашей привязали своего годовалого сыночка к батарее, надев ему на шею собачий ошейник, и так продержали больше года, пока он не умер от хронического недоедания. А бабушка с дедушкой все это время спокойно за этим наблюдали, так как им казалось, что их внучек и в самом деле очень прожорливый и иначе с его аппетитом справиться невозможно. В семействе было еще двое детей, и еды на всех не хватало...

Или же еще более ужасный случай из жизни маньяка, который в молодости был довольно-таки смазливый и пользовался успехом у баб. Так вот, он обожал смотреться в зеркало и готов был заниматься этим часами, но однажды вдруг обнаружил у себя на лбу морщинку и ужасно расстроился. Тут-то он и понял, что нужно ему с этим что-то срочно делать, иначе морщин будет все больше и больше, и скоро он весь ими покроется, превратившись в убогого старикашку — а ему хотелось во что бы то ни стало остаться молодым и красивым. В результате он женился на какой-то умственно отсталой бабе, которая практически каждый год рожала ему по ребенку. Ну а он этих младенцев потрошил и съедал самые по его мнению важные для омоложения органы: печень и сердце. Кроме того, он неизменно присутствовал при родах и первым делом заглатывал плаценту, так как где-то прочитал, что именно ее добавляют в самые дорогие и эффективные кремы для лица. Таким образом, он сожрал внутренности пяти или шести своих собственных детей, чьи трупики сжег в ближайшем лесу. Еще он постоянно пил молоко своей жены... Короче говоря, все эти меры привели к тому, что он и на самом деле в свои сорок семь выглядел на двадцать и по-прежнему очень нравился девушкам. У него вообще была мечта: прожить до ста тридцати двух лет, а если получится, то и больше. Но ничего не вышло, так как в конце концов слабоумная жена в припадке ревности зарубила его топором... Правда эту историю моя мамаша услышала от соседки по даче, а не из телевизора. Однако все это случилось и стало возможным исключительно потому, что все эти жуткие личности насмотрелись американских боевиков и триллеров. Короче говоря, моя мамаша была ужасно рада, что не взяла с собой на дачу телевизор и хотя бы там всего этого не видит и не слышит.

Естественно, я не решилась ей возражать, а тем более говорить о своей неприязни к любым проявлениям духовности. Представляю, что бы с ней стало! Точнее, со мной... Зато я бы наверняка могла ей сказать, что метафизика давно умерла, поэтому и волноваться особенно не о чем. Во всяком случае, мысленно я даже несколько раз смоделировала ситуацию, как я вдруг ненароком вставляю в наш разговор фразу про «смерть метафизики» — она бы наверняка ничего не заметила. Хотя должна признаться, даже на это в ее присутствии я так и не решилось. Мало ли что ей могло послышаться....

Таким образом получается, что все дело в словах, а не в явлениях, которые за ними стоят. Короче говоря, когда берешься о чем-либо писать или говорить, очень важно помнить о словах, которые ты используешь, ибо на них окружающие и будут прежде всего реагировать. Предмет же твоих рассуждений никого не колышет. Думаю, что большинство ученых это прекрасно чувствуют, поэтому и предпочитают распространяться про печальную участь метафизики, а духовность не задевать.

Еще один вывод. Философы и писатели мало чем разнятся от так называемых простых людей, то есть в подавляющем большинстве случаев являются такими же туповатыми, как они. В этом отношении слово «духовность» способно даже выполнять роль своеобразного индикатора или лакмусовой бумажки. Например, вы замечаете, что кто-то болезненно реагирует на любое уничижительное употребление этого слова, начинает волноваться, дергаться, громко сопеть, спорить и т. п.— значит перед вами человек, в сущности, очень простой, даже если это кандидат философских наук или лауреат Букеровской премии. Думаю, нет особой нужды напоминать, что духовность точно так же, как и ее разновидности в виде любви, верности, дружбы, доброты и пр., сегодня окончательно перекочевали в детективы, триллеры, женские романы и другие массовые и примитивные жанры. Это очевидно! А вот метафизика сейчас даже на роль такого «индикатора» не тянет. В этом и заключается один из главных парадоксов современности: метафизика умерла и ни на что не годится, а духовность не просто жива, но еще и способна выполнять множество полезных функций. Хотя формально два эти слова вроде бы означают абсолютно одно и тоже.

В принципе я допускаю, что очень многие писатели были бы не прочь достать своих читателей, но им просто не всегда удается нащупать удачные слова для этой цели и опять-таки, главным образом, из-за бессознательного страха, который давит им на психику и мешает сосредоточиться. Пример Ницше в этом отношении в высшей степени показателен: он презирал обывателей, но видимо побаивался их по-настоящему разозлить. Можно конечно предположить, что он в душе сочувствовал простым людям, поэтому и наезжал на малопонятную им метафизику, а духовность не трогал. Однако это маловероятно, так как совершенно не вяжется с общим пафосом его философии: подтолкнуть падающего, унизить слабого и т. п.

Люди вообще всюду и всегда стараются друг другу всячески досадить, поэтому совершенно непонятно, почему литературные и философские дискуссии должны по своей сути хоть чем-то отличаться от склок на коммунальной кухне. Тем более, что подавляющее большинство писателей и философов практически ничем не отличаются от остальных людей. Весь смысл литературы и философии, скорее всего, и сводится к желанию как можно сильнее всех достать, постараться, чтобы настроение у твоих читателей надолго испортилось. Другое дело, что далеко не всем и не всегда это удается.

Лично у меня нет ни малейшего сомнения в том, что те, кто сегодня пытаются насаждать в литературе духовность, точно так же, как и те, кто эту духовность отрицают, пытаются таким образом реализоваться по отношению к своим оппонентам и читателям. И в конечном счете пока еще совершенно неясно, кто победит, так как простота и необразованность совсем не делает человека менее опасным, скорее — наоборот.

Кстати, одна знакомая моей мамаши — уже довольно пожилая дама, кандидат технических наук, между прочим — недавно лишилась половины всех своих сбережений. И все потому, что зачем-то открыла двери квартиры какой-то бабе. Та уставилась на нее своими черными выразительными глазами и спросила, есть ли у нее деньги. И все! Знакомая моей мамаши притащила ей все свои бабки и отдала. Правда та ей зачем-то половину вернула, а остальные унесла. Мамаша утверждает, что ее знакомую просто загипнотизировали, а значит той бабе с черными глазами практически ничего не будет, даже если ее вдруг поймают. Так как деньги ей были отданы добровольно самой хозяйкой квартиры. Ну разве что будут судить за мошенничество, хотя в данном случае это очень сложно доказать...

Так вот, те, кто не обладает подобным даром внушения, не имеет таких выразительных глаз, не способен завораживать окружающих словами и т. п., рано или поздно вынужден будет прибегнуть к насилию для достижения своих корыстных или же садистских целей, в том числе и в культуре, а не только в уголовной среде. Поэтому меня так и настораживает обилие простоватых уродов в современной литературе, вне зависимости от того, о каких возвышенных и приятных вещах они говорят.



Последние публикации:

Все публикации

Оставить свое мнение в гостевой книге

Поэзия Проза Литературная критика Библиотечка "эгоиста" Создан для блаженства Онтологические прогулки Искусство Жизнь как есть Лаборатория слова В дороге




© ТОПОС, 2001—2010


Поиск
Авторы
Архив
Фотоальбом
Гостевая
Форум-архив
О проекте
Карта сайта
Книги Топоса
Как купить книги
Реклама на Топосе

Для печати

Реклама на Топосе

поиск:

авторы
 А Б В
 Г Д Е
 Ж З И
 К Л М
 Н О П
 Р С Т
 У Ф Х
 Ц Ч Ш
 Э Ю Я